Подписочку?
Мы будем присылать вам подборку лучших статей, всего один раз в месяц — и ничего лишнего.
Нажимая на кнопку, вы даёте согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь с нашей политикой конфиденциальности
Помада, карандаш и 50 разных мейков
ФОТОГРАФИИ ПРЕДОСТАВЛЕНЫ ДАШЕЙ ХОЛОДНЫХ
Филигранная техника для свободы импровизации
В 2015 году Даша Холодных запустила школу Chilly Dash, команда которой помогает визажистам прокладывать тропинку к «пути джедая» и учит находить решения непростым творческим задачам. Мы поговорили с Дашей о современном макияже, мастерстве российских визажистов и принципах обучения новобранцев бьюти-индустрии.
ИЛЛЮСТРАЦИИ: ИЛЬЯ ЦЕ
Я успела и отдохнуть, и поработать — провести мастер-класс в рамках Beauty Fair, крупной ежегодной выставки. Впервые за девять лет они привезли российского спикера. Кроме того, удалось сделать творческую съемку. На мастер-классе у меня была потрясающая модель, альбинос, и образы получились очень крутые. Я сказала: «Как жаль, что мы ничего не снимаем!», и она предложила запостить предложение поснимать — у нее было много знакомых фотографов, кто-нибудь бы обязательно откликнулся. Так и вышло, и в итоге мы — я, мой ассистент, модель и фотограф Диего — отсняли шесть-семь луков буквально за четыре часа, прямо перед нашим отъездом в другой город.
Героини и герои наших интервью, специализирующиеся в колористике, отмечают мастерство своих бразильских коллег. Вы тоже в какой-то момент ездили в Бразилию. Это путешествие было связано с работой?
Не знаю, что там с колористикой, но макияж в Бразилии очень своеобразный: две пары пластиковых ресниц, наклеенных на одно веко, подведенные темным карандашом губы, сверху розовая помада плюс блеск, четкие брови — и это бразильский нюд! Перед своим мастер-классом я сильно переживала: там совсем другая культура и совсем другое видение красоты. Большинство спикеров показывали макияж а-ля Ким Кардашьян, а то, что собиралась показать я, было кардинально иным. Но в итоге, как мне потом сказали организаторы, зал впервые за девять лет аплодировал стоя, им все очень понравилось. Ко мне многие подходили и говорили, что они как раз сильно устали от всего этого тяжелого макияжа, что они хотят от него уйти. Я для них стала глотком свежего воздуха.
Чем же примечателен макияж бразильянок?
Российские мастера считаются одними из самых техничных в мире потому, что мы, можно сказать, на технике помешаны: мы считаем, что если мы не растушевываем идеально, то все — мы не визажисты. Но, к сожалению, вместе с техничностью нам не прививают вкус. Если взять всех визажистов и посмотреть, какой процент из них делает «вкусные» работы, он будет ничтожно мал по сравнению с другими странами. Работы могут быть безупречными в плане исполнения, но этого недостаточно. То же касается конкурсов: прекрасно и замечательно, что у нас есть «Невские берега», но если я покажу свои конкурсные карандашные и акварельные «завитки и бабочки» клиентам, разве мне кто-то предложит посотрудничать? Нет, конечно. Это устарело, но кто-то до сих пор этим живет, хотя весь мир ушел далеко вперед.
Российские мастера считаются чуть ли не лучшими в мире в плане техничности, но вот в стилистике и в актуальности сильно уступают. Чем это вызвано?
У каждого своя граница креатива — я просто слегка выхожу за рамки. Даже не за рамки, а за рамочки.
В Англии, например, совершенно по-другому воспитывают: ты можешь ошибаться, ты можешь делать что-то неправильно, твои работы будут комментировать, но тебя не будут (как это делают у нас) критиковать и активно учить — важно, чтобы ты самовыражалась творчески максимально разными способами и рассуждала. Поэтому там очень много великих визажистов, таких как Кабуки, Вэл Гарланд, Пэт Макграт, Исамайя Френч, Эндрю Галлимор, Терри Барбер. Они хаотично наносят тени пальцами, и весь мир говорит: «Боже, это гениально!». У нас такого, к сожалению, нет, потому что нас изначально воспитывают указанием на базовые ошибки. И даже если ты делаешь хорошо, тебя не всегда похвалят. Там же очень терпимо относятся к ошибкам — даже не говорят, что это ошибка, просто предлагают попробовать сделать по-другому. Соответственно, люди ничего не боятся. Это очень круто. Этому нужно поучиться. Очень многие из нас думают так: «Если я научусь растушевывать карандаш или рисовать бабочку на лице, я стану великой визажисткой». Но не все думают о том, что это ремесленничество, а не художественная история.
Макияжем я вдохновляюсь меньше всего, потому что в этом случае есть большой риск нечаянно сделать то же самое, что делают другие. Я своим ученикам в первый день даю задание отписаться от большинства визажистов — только так они смогут воспитать свой вкус и раскрыть свою индивидуальность.

Мне лично нравится искусство — архитектура, живопись, скульптура, керамика. Я просматриваю аккаунты многих стилистов по волосам, которые делают прически для показов — именно странные прически, произведения искусства, а не лакшери красоты, за которыми приходят в салоны. Я вдохновляюсь природой, я очень много путешествую и много снимаю. Мне нравятся сочетания, форма, текстура, динамика картинки, и иногда я привношу это общее впечатление от увиденного, какие-то элементы или цвет в макияж. Еще это музыка, кино, люди — если у меня в моделях сидит девушка, которая меня не вдохновляет, у нас ничего хорошего не получится. Мне будет проще ее отпустить.
Какими сферами, кроме макияжа, вы вдохновляетесь?
Буквально вчера я увидела клип Swan Meat на трек Lisp, и мне очень понравилась стилизация под компьютерную игру. Там было много чего интересного — светящиеся зрачки, светящаяся полость рта. И я тут же начала думать: «А есть ли такие линзы, которые светятся в темноте? А что можно положить в рот, чтоб он светился изнутри?». Спецэффекты, конечно, очень сильно вдохновляют.
Что из последнего увиденного вами вас так впечатлило, что вы бы хотели воспроизвести это в макияже?
Я считаю, что креативный макияж — это как высшая математика. Ты не можешь решать примеры высшей математики, если у тебя за плечами нет 11 классов школы, пяти лет института и еще магистратуры. В креативном мейке все настолько филигранно и тонко, что его действительно очень легко опошлить. Но в то же время это тот вид макияжа, где ты чувствуешь полную свободу, где нет канонов и правил, где не нужно бояться импровизировать и проявлять себя. У меня бывало такое, что последний мейк на фотосессии был не запланирован, и я его делала за пять минут. И в итоге он выстрелил! Такие совпадения происходят достаточно часто.

Рецепта, как так сделать, нет. Но есть определенный путь джедая: ты должна отработать 10 тысяч часов. Невозможно такое, чтобы человек только начал заниматься макияжем и сразу начал делать креативные работы. Чтобы сделать креативный мейк, необходимо хорошее ощущение формы лица, знание анатомии, понимание композиции, цвета, форм, текстур. А так же базовые знания макияжа: если ты делаешь креативный мейк, это не значит, что ты не должна уметь рисовать четкие губы или стрелки. Допустим, в макияже все будет размазано и засыпано какими-нибудь текстурами и глиттерами, а губы будут четкими, красными, идеально ровными, матовыми — если ты не сможешь сделать ровные и четкие губы, это не гуд, верно?
Дайте совет мастерам, только начинающим работать с креативным макияжем: как соблюсти баланс между пошлостью и креативом? Как не цитировать в лоб?
С одной стороны, креативный мейк — это такое баловство, момент психологического освобождения. С другой стороны, если ты планируешь работать креативным визажистом, то важно посещать музеи, изучать живопись, работать с цветом, тестировать, смотреть, как работает акварель, как работает гуашь, искать форму, делать эскизы.
И когда ты отработаешь эти 10 тысяч часов, количество перейдет в качество. Тогда тебе и на съемках будет легко работать. Если тебе скажут: «Давай ты сделаешь что-нибудь креативное голубого цвета, но минималистичное, чтобы не уйти от нашей тематики и не закрашивать полностью лицо нашей героини», ты сделаешь это без проблем. В два приема сгенерируешь что-то новое и интересное.
В создании клипа Swan Meat принял участие цифровой художник Рик Фарин, который вместе с Исамайей Френч работал над одной из обложек первого номера Dazed Beauty.
Есть ученики, а есть мастера. Чтобы стать мастером, нужно пройти какой-то путь. Для меня мастер — это человек, который точно знает, что в какой ситуации нужно делать. Знает, как сделать 50 разных мейков, имея при себе только красную помаду, черный карандаш и палитру корректоров. Знает, как сделать и креативный мейк, и фэшн-мейк, и мейк на ковровую дорожку. Это мастер многогранный. К которому можно обратиться с задачей снять клип и который будет знать, что для этого нужно.
Чем джедай в конце пути отличается от джедая в начале пути?
Зависит от задачи. Для кого-то креатив — это точки или блестки в виде звездочек по всему лицу на манер веснушек. А для кого-то креатив — значит закрасить полностью лицо и сделать какую-то сложную, нетипичную текстуру, скривить форму лица. Естественно, если мы говорим о втором, то это ни в коем случае не пять и не десять минут. А если о первом, то тут как раз три минуты и нужно.

У каждого своя граница креатива. Мне кажется забавным, что меня называют креативным визажистом, делающим только креатив: если вы посмотрите мои работы, то во многих из них я могла просто поменять цвет помады с цветом теней, т.е. сделать синие губы и красные глаза — и все.
Как сделать креативный макияж за три минуты?
Аудиоцитата
Я регулярно ей подвергаюсь, потому что достаточно часто использую не совсем обычные продукты. Я люблю всякие гримерные штуки, например, цветную эмаль для зубов, которой можно покрасить зубы в красный, в золотой, в серебряный, в черный. Я могу взять лубрикант, добавить в него пищевой краситель и залить модели в рот, чтобы у нее текли цветные слюни, или облить этим ее лицо. Могу капнуть в глаза черной краской, чтобы она рыдала черными слезами. Я такое делаю и до сих пор слышу критические комментарии. Вначале я с этим боролась, но сейчас я просто не обращаю внимания. Есть люди, чье мнение мне важно, и к нему я прислушиваюсь.
Когда вы последний раз подвергались критике за использование некосметических средств в создании макияжа?
Меня до сих пор волнует мнение заказчика — он же платит мне деньги, верно? И я хочу, чтобы он был доволен. Вчера, например, у нас была съемка клипа, и перед нами стояла задача сделать довольно лаконичные, но необычные, отвечающие последним трендам, мейки. И я делала очень графичные мейки — огромную стрелку или точки, три-шесть штук, сосредоточенные около глаз; или цветную линию вместо хайлайтера под бровью — такая интерпретация того, что делала Вэл Гарланд в прошлом году. А в остальном это были чистые, нюдовые, просто немножко структурированные лица. И я понимала, что меня взяли именно потому, что я могу предложить им что-то новое, свежее и прикольное. Другой визажист, скорее всего, сделал бы ровно то, что они просили — ни больше ни меньше.
Вспомните момент, когда вы стали уверенно себя чувствовать в исполнении креативных макияжей. Когда вас перестало волновать мнение других людей?
Большинство визажистов работают как официанты. Ты у него заказал стейк — он принес тебе ровно стейк. Ни шага влево, ни шага вправо. Очень немногие визажисты могут сказать клиенту: «Слушайте, стрелки — это здорово, но если мы их нарисуем красно-коричневым цветом, они подчеркнут голубизну ваших глаз. Давайте попробуем?».
Клиенты ценят мастеров, у которых есть свое мнение, которые могут что-то, подсказать. Работая над проектом, я обязательно собираю референсы и делаю мудборд, чтобы наладить доверительные отношения с клиентом.
Меня об этом стали просить люди: «Я приезжаю в Москву, пожалуйста, дай мне урок!». А как же я дам урок, если никогда ничему не учила? «Просто покажи, — говорит, — как ты делаешь вот это, вот это и вот это». Все началось с таких индивидуальных уроков. Потом собралась группка желающих, потом меня заметили ребята из Нижнего Новгорода и пригласили приехать. Они сделали очень крутое видео бэкстейджа и процесса работы, и его увидели еще сколько-то людей. В том же году меня позвали в Киев, в Екатеринбург, Новосибирск, Самару — так все и закрутилось. В моей жизни многие вещи происходят не по моей инициативе: кто-то предлагает, я думаю: «О, прикольная идея, почему бы и нет?»
Как вы решились обучать других макияжу и брать за это деньги?
Изменять макияж в течение съемки — это вообще нормально. Мы постоянно это делаем. Вчера, например, с восьми утра до 10 вечера у нас был съемочный день, за который мы сделали пять-шесть луков. А до этого мы снимали в Киеве: семь луков за три часа. Было легко, быстро и четко, потому что была определенная тематика и все участники команды знали, что им надо делать. Самая сложная съемка — та, где ты не технически не можешь сделать то, что тебя просят.
Можете вспомнить самую сложную съемку в своей жизни? Может, приходилось сменить макияж модели несколько раз.
Например, когда тебе нужно закрасить все тело в белый цвет, а у тебя есть только обычный аквагрим в таблетке, а не для аэрографии. Такой оставляет разводы. Белый цвет вообще самый вредный, его сделать сложнее всего. И ты знаешь, что ты, конечно, все возможное сделала и потратила дофига времени, но глядя на итоговую картинку, понимаешь: «Угу… Тут была ретушь». Или видишь разводы. Они не портят картинку, в целом все смотрится хорошо, но внутри звучит: «Ты могла бы сделать лучше».
Например?
Да куча всего происходит! Никто не идеален, и все мы когда-либо косячили. Расскажу историю, которую я постоянно рассказываю. У MAC есть огромная кисточка для пудры — черная, из крашеной козы. Каждый раз, когда я вижу в кейсе визажиста эту кисточку, меня передергивает! В свое время у меня было две таких. Накануне я одной из них делала креативный макияж — засыпала ребят черным пигментом. Не знаю, как так вышло, но я эту кисточку не помыла и положила в кейс, с которым на следующий день поехала красить гостью на свадьбу. Время восемь утра, зима, первый этаж, желтое освещение, света толком нет. Это вообще самое ужасное для визажиста, когда нет нормального света: ты практически работаешь вслепую. И за девушкой уже приехало такси, я делаю последний штрих — припудриваю лицо этой большой кисточкой, припудриваю под глазами и, делая характерное движение, понимаю, что вместо прозрачной пудры на лицо ложится черный цвет от пигмента. OMG! — у меня внутри, но снаружи я непоколебима. У меня лицо кирпичом, вот вообще невозмутимое, я даже бровью не повела — я просто беру и исправляю свой косяк, переделываю тон в этом месте. Такси пришлось подождать еще минут 10, но я понимаю, что если бы я сказала клиентке, что напортачила и сейчас нам придется все переделывать, у нее была бы истерика. Пусть она лучше будет недовольна тем, что я медленно работаю, чем как-то усомнится моем профессионализме. Ведь в итоге все обошлось, и мейк вышел красивым.
Сколько мы ни спрашиваем визажистов, кажется, что у них не происходит никаких курьезных ситуаций, в отличие от тех же колористов.
Я не особо слежу за тенденциями, на самом деле. Но меня улыбает, что лет семь глядя на ту же влажную кожу говорили: «Фу, отстой», и фотографы просили припудрить модель, чтоб меньше ретушировать. А последние пару лет она в тренде. То же самое с цветными волосами и с губами с нечетким контуром.
Есть ли тенденции в макияже, которые вам чужды эстетически?
Бывает такое, что продажи какого-то продукта идут очень плохо, и бренд делает на него акцию, скидку, устраивает коллаборации с акцентом на этот продукт. Например, многие годы лежал и никому нафиг был не нужен маковский тон Studio Fix. Я его прекрасно помню с давних времен, потому что это была моя первая покупка в MAC. Я только переехала в Москву — у меня на тот момент был большой опыт работы с клиентами и боди-артом, но очень мало опыта работы на съемках. К тому же, я совершенно не знала, какая косметика есть в Москве. Я пришла в MAC и говорю: «Мне нужен тон на съемки». И они дают мне Studio Fix nw35 — плотный тон, который делает из модели загорелую курицу гриль. В общем, этот тон пролежал у меня много-много-лет, потом я его либо отдала кому-то, либо выбросила, потому что для меня, как позже выяснилось, любительницы Face and Body, он был очень плотный. И цвет не подходил моим клиенткам.

Сейчас же у Studio Fix произошел перезапуск. У них появились новые цвета, они стали рассказывать о хитростях использования средства — например, что Studio Fix можно разбавить маслом и он будет менее плотным, что его можно наносить другой кисточкой, чтобы он был более полупрозрачным. И вот тон, про который восемь лет назад все говорили «фу», сейчас очень популярен!
В моде распространена такая конспирологическая теория: Pantone называют цветом года тот цвет, залежи которого остались на китайских фабриках тканей. Есть ли подобное в бьюти-индустрии?
Я раньше выбирала самые легкие тона, чтобы их вообще не было видно, потому что мне нравится текстура кожи. Сейчас же я могу взять самый плотный тон и растянуть его кисточками так, что он будет полупрозрачным. Могу смешать его с маслом, базой или флюидом, и он будет вообще супертонким. С плотными тонами у меня появляется больше вариантов использования — и плотный, и не плотный, и полупрозрачный. Я могу сделать и матовый финиш, и сияющий финиш. С легким тоном ты получишь только легкий тон — и все.
У вас изменилось отношение к плотному тону?
Pantone — американская компания, разработавшая стандартизированную систему подбора цвета и производящая «продукты и услуги в области графики, моды, домашнего и офисного интерьеров, пластмасс, архитектуры, красок, промышленного дизайна и потребительских рынков». Также у Pantone есть штат аналитиков, выпускающих трендбуки, и особенно пристально профессионалы креативных индустрий следят за тем, какой цвет Pantone объявит цветом года. В 2019 им стал «живой коралл».
Конечно. Если на лице много рельефных высыпаний, то на создание эффекта влажной кожи стоит большой запрет. Все блестящее и влажное подчеркивает естественную структуру.
Зависит ли выбор текстуры от особенностей кожи?
Я хотела создать удобные инструменты прежде всего для себя. 99% моих кистей сделаны из искусственного ворса. Я выбрала синтетику, потому что сейчас она по качеству намного круче натурального ворса — даже ворса какой-нибудь козочки, у которой срезали волос из определенной части тела в определенный день лунного календаря. Синтетика ни разу не уступает в мягкости и за ней намного проще ухаживать, а значит, она прослужит намного дольше. Я до сих пор активно работаю кисточками самых первых образцов, и они идеальны.
Расскажите о создании своих кистей. Какие задачи вы хотели решить?
Для кистей я выбирала максимально удобные и многофункциональные формы. Только для маркетологов может иметь значение, что эта кисточка — для глаз, а вот эта — для губ. У моих кисточек открытое предназначение: если тебе более удобно что-то делать этой кисточкой — делай. Я могу рассказать, какую кисть и как я использую для достижения нужного результата: почему именно эта кисточка, почему у нее именно такой ворс и такая форма, как ее нужно держать и какими движениями наносить средство, чтобы получить то, что получила я. Но другому человеку будет удобно по-другому, так что пусть мастер сам выбирает.
Я недавно ездила на мастер-класс и поняла, что у меня в наборе есть кисти-образцы. Я смотрела на них и думала: «Надо же, обалдеть, какие вы стойкие ребята!». Я так часто крашу, вообще их не жалею: не просто тени растушевываю, но и наношу аквагрим, помады — а они до сих пор остаются белыми и пушистыми.
Все было достаточно просто. Я отправила на фабрику несколько разных кистей, которые мне нравились, и на них объяснила, какую нужно сделать форму, какую длину и какую плотность — это была такая сборная солянка из разных кистей. Потом попросила сделать образцы из всех ворсов, которые у них есть, и они их прислали. У меня было около шести-восьми образцов каждой кисточки. Мы с командой их тестировали в течение двух месяцев, выбрали те, что нам особенно понравились, и запустили в производство. Весь процесс, от идеи до реализации, занял восемь месяцев.
Как вы взаимодействовали с производством?
В первые два года существования студии я занималась только ею, потому что все программы, что там есть — это мои программы, которые я разрабатывала годами, еще до открытия. Мне было важно подобрать команду и всему их обучить. Кто-то, например, не умел рисовать ровные губы, а мне нужно было, чтобы у них получалось.

Несмотря на то, что я старалась сделать идеальный базовый курс, в течение этих трех лет он все равно нет-нет да менялся. Мы сделали методичку, закупили косметику и составили базовый kit, стали предоставлять ученицам набор кистей на время обучения. Им ничего не нужно иметь, чтобы у нас учиться.
Как вам удается совмещать административную работу в студии и творческие проекты?
И сами закупаем, и партнеримся. В основном это косметика, которую я купила в путешествиях или которую мне кто-то когда-то подарил. Но это абсолютно независимая история: нет такого, чтобы мы прислали MAC или Make Up For Ever список средств, которые нам нужны, и стали работать только ими. Мы показываем ученикам максимально разнообразную продукцию, которая нравится нам самим. У нас очень много продуктов, которые нельзя купить в России. Бывают и новинки, которые отлично вписываются в базовый kit — на одних Groundwork от MAC не уедешь. Да, они фигурируют во всех макияжах и понятно, что их все любят, но есть и другие продукты: кремовые тени Kiko, новые кремовые тени Make Up For Ever, другие цвета Paint Pots. И мы стараемся показать ребятам все возможные варианты и просим их тестировать разные продукты в течение всего курса.

Мы также предоставляем ученикам моделей, а в конце курса делаем съемку — так у них появляются первые картинки в портфолио. Недавно мы записали видео-приветствие, которое рассылаем перед началом курса. В нем я рассказываю, что слушателей ждет впереди, рассказываю про цвет, про базовые мастхэвы. Мы развиваемся и хотим, чтобы наши курсы становились лучше.
Вы сами закупаете косметику или у вас уже появились партнеры?
Ходят и те, и другие — у нас же есть разные курсы. На курсы повышения квалификации — например, мой курс PRO intensive — иногда приходят вообще карандашиковые ребята именно для того, чтобы я их поломала и показала новое. Они так и говорят: «Я понимаю, что то, что я делаю — это немодно, но в моем городе все так делают, а я живу в этой среде». Хорошо, что они это понимают. И к нам идут осознанно: это не какие-нибудь случайные люди, которые от нечего делать решили заняться макияжем. К нам идут люди целеустремленные, направленные именно на творчество, на работу, на рост. Возможно, не все из них станут визажистами, но их это действительно волнует и интересует, и они готовы выкладываться по полной.
Приходят ли к вам мастера менее прогрессивных взглядов, которых, казалось бы, уже не переориентировать?
Наша школа — не курятник, где мы мамкаемся с каждым цыпленком и все за него решаем: «Ой, выбери этот цвет, а не этот». Наоборот, мы как армия: мы ставим задачу, рассказываем, как ее можно решить, а ты уже ее реши. И если у тебя будут ошибки, мы подправим и направим. Но за тебя никто ничего делать не будет. Я так всех и настраиваю: «Когда-нибудь вас пригласят на съемку клипа в пять часов утра и вам нужно будет сделать красные смоки айс, а в вашем кейсе не будет красных теней. И вот тут мы проверим, будете вы звонить в школу и судорожно спрашивать, что вам брать, или включите мозги и найдете выход из ситуации самостоятельно». И вот так мы прививаем понимание того, что безвыходных ситуаций не бывает. Всегда можно что-нибудь придумать и что-нибудь найти. Наши выпускники благодарны и довольны. А значит такая схема обучения работает!
Как бы вы охарактеризовали принципы обучения Chilly Dash?
Читайте также: